воскресенье, 7 августа 2016 г.

Сергей "Магер" Григорьев о себе, о пиве и о Mager Brewery



Как я начал варить пиво? Пошел на пивоварню «Метрополь» и договорился с тамошним пивоваром. Он подправил меня как профессионал. И я решил, что если я не продам это пиво и не распихаю его, то сам все это выпью. То есть свое пиво я варил контрактным образом. Рискнул и сварил к дню рождения сына. Так получилось. Я не просто отдал свой рецепт, но сам таскал мешки, молол, цедил, выгружал дробину. А варил бельгийский пивовар Гийом Денэйер. Он и сейчас бывает в Метрополе наездами. Это было в 2011 году, партию сварил я в августе, а в конце сентября запустил.
Все это пиво успешно разошлось. Стало понятно, что можно сделать и куда все это пойдет. Многие свои сорта я варил на «Метрополе». А разливали в большие бутылки, как и «Северную войну». Он знал, как разливать. И они действительно хорошо разливали. А другие не умели так разливать и хорошо упаковывать.
По образованию я историк, окончил истфак. Потом, с 1992 года пятнадцать с лишним лет работал в финансах. Скупал акции. Был офисным планктоном. Но в 2000 году я попробовал эль и попал. Помимо основной работы, стал писать статьи про пабы и пабную культуру. Писал ежегодники, путеводители. Потом в 2010 году пивной фестиваль прошел.


Мне подарили бир-машину (Домашняя микропивоварня BeerMachine), чтобы я сам делал что-то маленькое. Так я стал варить дома. Важно самому варить дома: возникают какие-то идеи и наработки, начинаешь понимать, что с чем сочетается. Мало просто попробовать пятнадцать сортов и сразу идти контрактно варить, как сейчас делают некоторые. Ты сам все руками должен попробовать, почувствовать, как все сочетается. Тогда ты что-то начнешь понимать, когда пару раз, извините, просрался от собственного пива, если оно у тебя перебродило, а ты думаешь, что оно все равно уйдет, — не выливать же добро. Это мое мнение, конечно.
И вначале нужно напить свое. Не сразу начинать с Mikkeller, а три года попить чешские лагеры и четыре года английские эли. Параллельно еще бельгийского напиться, чтобы у тебя была база. Обязательно. И хотя пивовары Mikkeller академий не кончали, но у них прочная база по бельгийскому пиву. Mikkeller знает, чего он хочет. База, база, база! Нельзя Пушкина выкидывать с корабля истории. Потом, когда изучишь, ты имеешь право его выкинуть, поскольку ты его знаешь. А то Coolers не тот, подавайте нам Founders. И этот сорт Founders не тот, он в любом универсаме продается. Подавайте нам Kentucky, выдержанный в бочках. Но ты Coolers только что выкинул! А они мастера из мастеров. Ты вообще попей сперва этот Coolers и с первых нот узнавай его. Все это должно быть обязательно. Должна быть база, должен быть опыт. Повари дома, а потом иди к контрактникам.


Я очень люблю провокационные названия, всякие провокационные вещи, за некоторые из которых на меня до сих пор дуются. Был у меня сорт Dead Bobby, который был похож на Old Bobby «Балтики» и пародировал его.
У меня, как и у Mikkeller, нет собственности. Я не люблю собственность. Собственность обязывает и ее можно отобрать. При этом ты всегда кому-то что-то должен. Для меня собственность — плохо. Но я восхищаюсь BrewDog, которые собрали краудфандингом 19 миллионов фунтов, построили новый завод в Америке и повсюду открывают свои бары. Для них собственность — хорошо.
Этот сорт ИПА, Sommer Bell, будет мой постоянный сорт, я запускаю его на постоянку. В августе запущу еще один сорт и буду формировать нормальную продуктовую линейку. Все это постоянно воспроизводится на одной и той же пивоварне с одним и тем же технологом. То есть все само идет, идет и идет. В сентябре я опять варюсь в Эстонии. Там ребята хорошие, и я уже перезнакомился со всеми. Они тоже больные на всю голову. Варим медовый финский стаут. В Россию его придется везти в чемодане контрабандой. А в начале октября я еду в Финляндию. Там будет совместная варка.


Но это эксперименты, а два-три сорта надо запустить на постоянную варку, чтобы они постоянно работали. Так что у меня в Mager Brewery получается сразу много пивоварен. Хочу осуществить мечту: чтобы у меня было много пивоварен, а сам я ничего не делал. Лежал бы на диване и ругался, как всё плохо в жизни вообще, люди говно и всё говно, один я умный, лежу на диване и ничего не делаю. Это главная задача любого воспитанного петербуржца: лежать на диване и все кругом ругать. Постепенно я иду к этому.
Магер по-голландски означает «тощий». Я ведь тощий! Магер — это прозвище, кликуха, а не фамилия. Так что комкор Магер, член Военного совета ЛВО, арестованный НКВД за участие в антисоветском военно-фашистском заговоре и позже расстрелянный, не мой родственник. Был еще украинский националист Магера, тоже не родственник. Это прозвище прилипло ко мне в 1998 году. Тогда пива я еще не пил. Только мартини. Дело в том, что в 1990 году я поехал в археологическую экспедицию, и после этого десять лет пива пить не мог вообще. В этой экспедиции под Ярославлем пива было очень много. Так что я потом даже запах пива не выносил. Но потом попробовал эль, и все, понеслось.



Я учился в ЛГУ, но не на КГБэшном факультете, где Путин и Бастрыкин, а на другом, на историческом. И даже специализировался на вражеской Америке. Диплом у меня назывался: «Конституционные проблемы повторного принятия южных штатов в состав союза США период гражданской войны и реконструкции в работах советских и американских историографов». Так что я занимался реконструкцией Соединенных Штатов.

Комментариев нет:

Отправить комментарий